Несмотря на статус одного из мировых лидеров по запасам углеводородов, Казахстан вошёл в 2026 год с дефицитом товарного газа на внутреннем рынке. Страна всё больше зависит от импорта из России, а национальный оператор QazaqGaz фиксирует миллиардные убытки. Почему взрывной рост тарифов – единственный способ удержать энергосистему от коллапса. Centralmedia24 разбирался в причинах этого парадокса.
Математика дефицита
Прогнозы Министерства энергетики ещё два года назад казались пессимистичными. Но к весне 2026 года они стали реальностью:
- Потребление газа на внутреннем рынке Казахстана достигло 21,6 млрд м³ в год.
- При этом реальный дефицит товарного газа в этом году оценивается в 2,3 млрд м³.
Этот разрыв между добычей и потреблением возник не внезапно. Это результат десятилетнего сдерживания цен, которое стимулировало бесконтрольное потребление.
Главный потребитель газа в стране – промышленность и стремительно растущий сектор газовой генерации электроэнергии. Перевод ТЭЦ с угля на газ и строительство новых парогазовых установок создали гигантскую воронку, в которую «улетает» весь свободный ресурс.
Для сравнения: в 2020 году потребности внутреннего рынка покрывались собственным газом почти полностью. По итогам 2025-го доля импортного газа в структуре потребления превысила критическую отметку.
Экономика QazaqGaz
Финансовое состояние национального оператора – зеркало отраслевого кризиса. Согласно отчёту «дочки» QazaqGaz – QazaqGaz Aimaq, – убыток по итогам 2024 года составил 13,2 млрд тенге. Тенденция сохранилась и в 2025 году. Основной поставщик газа в стране продолжает работать ниже порога рентабельности.
Причина убытков фундаментальна. QazaqGaz покупает газ у недропользователей («Тенгизшевройл», Карачаганак) по коммерческим ценам. Или импортирует его из России у «Газпрома». А продаёт населению и предприятиям по фиксированным, субсидируемым тарифам.
До недавнего времени эти дыры латались за счёт экспортных доходов. Однако в ноябре 2025 года экспорт казахстанского газа сократился на 32,5%. Весь имеющийся объём пришлось оставить внутри страны, чтобы не допустить замерзания регионов. В результате ресурс для субсидирования исчерпан. Теперь экспорт больше не «кормит» внутреннего потребителя.
Финансовая прозрачность нацоператора стала объектом пристального внимания со стороны Высшей аудиторской палаты (ВАП).
Неофициальные источники сообщили, что аудиторы проверяют дочерние организации, в частности «Интергаз Центральная Азия». По данным источников, до конца апреля 2026 года ВАП должна завершить проверку начисления бонусов прежнему руководству. Предметом разбирательств стали якобы факты выплат премий в размере 36 окладов. При этом материнский холдинг «Самрук-Казына» установил лимит в 24 оклада.
Если нарушения подтвердятся, это станет серьёзным ударом по репутации менеджмента, который на фоне тарифного кризиса и дефицита ресурсов позволял себе сверхнормативные выплаты.
Цена вопроса с «Газпромом»
Одним из самых закрытых вопросов остаётся цена покупки газа у «Газпрома». По оперативным данным на 2026 год, импорт из России вырос на 45% и превысил 9,1 млрд м³.
Казахстан вынужден покупать газ по рыночным котировкам, привязанным к международным индексам. При этом отпускная цена для населения в регионах остаётся в несколько раз ниже закупочной.
Этот «капкан» ставит правительство перед ультиматумом: либо продолжать накапливать долги нацкомпании, рискуя её дефолтом, либо перекладывать нагрузку на потребителя.
Именно поэтому в марте 2026 года в некоторых регионах тарифы выросли на 15-20%. И это только начало. Согласно планам Комитета по регулированию естественных монополий, ежегодный рост тарифов на газ в ближайшие три года может достигать 20-30%. Пока цена не выйдет на уровень окупаемости.
Почему свои месторождения не спасают?
У рядового гражданина возникает закономерный вопрос: почему при добыче в 27,5 млрд м³ (рекорд 2025 года) нам не хватает своего газа? Ответ кроется в технологии добычи нефти. Около 60% добываемого в Казахстане газа – попутный. Чтобы поддерживать пластовое давление и добывать дорогую нефть на Тенгизе и Карачаганаке, недропользователи вынуждены закачивать газ обратно в пласт.
Строительство газоперерабатывающих заводов (ГПЗ) – процесс долгий и дорогой. Завод на Кашагане и расширение мощностей на Карачаганаке дадут реальный товарный газ только в 2027-2028 годы.
До этого момента Казахстан обречён закрывать дыры за счёт дорогого российского импорта. Эпоха, когда газ «стоил копейки», была основана на «проедании» экспортной выручки, которая теперь обнулилась.
По решению Минэнерго в апреле 2026 года, единым оператором строительства Карачаганакского ГПЗ мощностью до 5 млрд м³ в год назначен QazaqGaz. Ранее проект планировали реализовывать совместно с «КазМунайГазом». Однако необходимость оперативного выхода на стадию FEED (базового проектирования) заставила правительство консолидировать управление.
Глава Минэнерго Ерлан Аккенженов подчеркнул, что затягивать переговоры с иностранными акционерами месторождения по вопросам гарантированной поставки сырого газа и ценообразования больше неприемлемо. Завод имеет критическое значение для снижения зависимости от Оренбургского ГПЗ и обеспечения внутреннего рынка. Однако достижение «справедливой отпускной цены» для обеспечения рентабельности остаётся камнем преткновения в диалоге с международным консорциумом.
Конец социальной «уравниловки»
С 1 апреля 2026 года в Казахстане завершился мораторий на повышение тарифов. Новый подход подразумевает дифференциацию. Те, кто отапливает огромные особняки площадью более 200 кв. м, будут платить по рыночным расценкам. Мониторинг показал, что именно такие потребители создают избыточную нагрузку на сеть, потребляя в 5-7 раз больше нормы.
Правительство официально признало, что хватит жить на широкую ногу. Введение норм потребления и резкое подорожание газа для бизнеса – это попытка заставить экономику внедрять энергосберегающие технологии. Для МСБ, который уже столкнулся с повышением НДС до 16%, новые газовые счета могут стать фатальными. Это, в свою очередь, неизбежно подстегнёт общую инфляцию в стране.
Газовый кризис 2026 года – это системный финал модели «ресурсного рая». Казахстан оказался в ситуации, когда собственное сырьё стоит дороже, чем граждане готовы за него платить. Убытки QazaqGaz в миллиарды тенге и вынужденный импорт из РФ делают повышение тарифов на 20% ежегодно неизбежным сценарием.
Ультиматум поставлен: либо страна переходит к жёсткой экономии и рыночным ценам, либо газовая отрасль превратится в «чёрную дыру», способную утянуть за собой весь бюджет.
